Эта глава про криминальные и коррумпированные государства написана Дрю Салливаном, сооснователем и издателем проекта Organized Crime and Corruption Reporting Project (OCCRP),  всемирной сети журналистов-расследователей, которые изобличают преступления и коррупцию, чтобы общественность могла призвать власти к ответу.

Когда мы говорим «мафиозные» государства, речь идёт о таких, где сам аппарат власти уже является преступным сообществом. Люди, которые руководят государством, запускают свои руки повсюду, и поддерживают свой контроль насилием — эти характеристики как раз и ассоциируются с мафией.

Очень важно проводить различие между мафиозными государствами и клептократиями. Мафиозные государства как таковые — редкое явление. А вот клептократии, то есть системы государственной власти, которая зиждется на воровстве и массовой коррупции — очень распространены.  Клептократии составляют большинство среди развивающихся стран. Но по-настоящему мафиозных государств, вероятно, всего шесть или семь — тех, которые по своей природе являются мафиеобразной организацией.

К мафиозным государствам относятся Косово и Черногория. Можно сказать и что Россия тоже мафиозное государство — но Россия, пожалуй, вообще в отдельной категории. Как и Экваториальная Гвинея. Венесуэла также весьма мафиозное государство, поскольку чиновники там больше не заинтересованы в управлении страной. Политическая элита и военные направляют свою энергию не на улучшение безопасности или образование, а на создание офшорных счетов и схем контрабанды наркотиков. К другим кандидатам на это звание можно отнести Мальту и Мексику.

Клептократии же, в свою очередь, распространены везде, где демократия слаба — то есть почти по всему миру. Например, большинство стран Африки — это автократии. Голосами избирателей там манипулируют, людей просто подкупают, кумовство царит везде. Азербайджан — это клептократия. Это коррумпированное, автократическое правительство. Там репрессируют людей, а большая часть украденных денег идёт на то, чтобы контролировать других людей, чтобы те не могли стать угрозой правящей семьи. Они крадут всё, но не потому, что им нужно больше денег. Они просто не хотят, чтобы у кого-то ещё было достаточно денег, чтобы им противостоять.

Настоящая проблема возникает когда власть в государстве «приватизируют». Главный проверочный вопрос здесь — есть ли у людей возможность вышвырнуть текущее руководство из власти? Если нет, то по сути, государство уже «присвоено» и вы на грани автократии и клептократии. Даже когда в стране есть демократические институции — например, как в Польше и Чехии — она может быстро пойти по наклонной.

Ключ к пониманию того, как работают мафиозные государства, и к изобличению их — это отслеживание денег и ресурсов. Природные ресурсы страны имеют свою ценность — добытое ископаемое или срубленное дерево имеют определённую ценность. Поэтому можно брать и изучать любую отрасль с любым видом природных ресурсов — поскольку это единственное, что эти автократы или мафиозные государства умеют монетизировать.

По сути, расследовать мафиозное государство легче, чем расследовать преступный картель. К нашим услугам государственные реестры, документы, тендеры, компании — есть вся информация. Государство куда прозрачнее чем организованная преступная группировка. Нужно собрать воедино все звенья в иерархии организации, начиная с самой верхушки, так же, как в расследовании преступной банды. Впрочем, часто в таких государствах есть неформальные структуры, куда важнее официальных. Поэтому нужно определять, кто наиболее влиятелен. Нужно посмотреть, кто богатеет, у кого самый роскошный дом, кто сосед президента в недавно построенном коттеджном городке.

Такой работой нужно заниматься регулярно, по крупицам собирая всю возможную информацию. Мы в работе используем систему управления знаниями, чтобы сопоставлять все данные и выгружать в другие программные продукты. А потом остаётся идти по следу денег.

Примеры материалов

Черногория

Черногория — классический пример мафиозного государства. Это маленькая страна, всего 600 000 жителей, и ею управляет человек, у которого первая в жизни официальная работа — премьер-министр. Через брата у него были тесные связи с организованной преступностью. Они начали с незаконной торговли табачными изделиями, и активно вовлекали государство в эту торговлю. Со временем мы обнаружили механизмы, которые он сам создал чтобы усилить эту коррупцию. Премьер-министр приватизировал для своей семьи банк и начал вливать туда огромные государственные средства, а затем ввёл правила, которые заставили всех, кто собирался заключить любую сделку, проводить её только через этот банк. Затем он начал выдавать из банка кредиты самому себе, своим друзьям и представителям организованной преступности. А когда банк обанкротился, то выкупил он его за деньги налогоплательщиков. 

Venezuela Mafia State image

Изображение: Снимок экрана, Insight Crime

Венесуэла

Сейчас переход Венесуэлы под криминальное управление уже широко задокументирован. Обвинительные акты Минюста США, расследования в СМИ и научные исследования показывают, что правительство срослось с организованной преступностью на самом высоком уровне. Более 100 венесуэльских чиновников, в том числе руководство режима Николаса Мадуро, были замешаны в контрабанде топливных материалов, продаже пищевых продуктов и лекарственных препаратов на чёрном рынке и в контрабанде кокаина. Бюджет, как пишет InsightCrime, «распиливался в промышленном масштабе». Если к этому добавить государственный контроль вооружённых ополченцев и бандитов и множество внесудебных казней, то получите идеальный пример криминального государства.

Северная Корея

Ещё один очевидный пример — Северная Корея. Уже более 20 лет надёжные источники сообщают, что Северная Корея организована как уголовный картель. Северокорейские чиновники были замешаны в контрабанде наркотиков, фальшивомонетничестве, киберпреступлениях, контрабанде табака, похищениях людей и так далее. Обычно, когда мы видим, как мафия захватывает правительство, то это путь снизу вверх. Но в Северной Корее это идёт сверху вниз: тут рэкет организован государственными чиновниками, начиная с высшего руководства и до дипломатов на местах. Большой проблемой в стране является потребность в обмене валют. Но они ничего не продают из-за международного эмбарго. Поэтому они просто подделывают доллары США, продают наркотики и занимаются другой преступной деятельностью, чтобы заработать валюту.

Советы и инструменты

Читайте контракты. Организованная преступность обычно зарабатывает на незаконной торговле, например, наркотиками. А коррумпированное правительство получает нелегальные доходы от госконтрактов и тендеров. Кто получает права на добычу нефти? Кто получает права на вырубку леса? Кто владеет мобильными операторами? Так сразу можно понять, кто в мафиозном государстве уважаемые люди из «ближнего круга».

Ищите активы. Следующим шагом будет определение активов. Отслеживайте, когда, где, как купили актив — и тогда вы можете сопоставить это с тем моментом, когда были заработаны деньги на госконтрактах. У каждого человека есть вокруг небольшая группка «своих» людей, которые выступают формальными держателями таких активов. Нужно определить, кто зиц-председатели, кто их юристы, кто их родственники и кумовья — и искать активы на их имена.

Анализируйте публичные реестры. Чтобы отследить переход активов, нужно изучить целый ряд государственных реестров: реестр юридических лиц, недвижимости, кадастры. Франция недавно выложила онлайн все имущественные реестры — и мы уже находим там много весьма любопытных имён.

Проверьте утечки. Очень много банковских данных оказалось в утечках — так тоже можно увидеть, у кого есть деньги, и где они лежат. Нужно обратиться к таким членам GIJN, как ICIJ и OCCRP, или к другим организациям, которые свели воедино базу данных таких утечек. Даже если данным уже 10 или 15 лет — они могут быть ценными. Может быть, новая прокладка внезапно всплывёт в старых базах. Утечек стало уже так много, что эти данные стали играть значительную роль в журналистской работе. Много времени приходится уделять сопоставлению разных массивов, чтобы проследить за деньгами. Информация появляется не только в утечках — иногда данные утекают во время хакерских атак, с помощью программ-вымогателей или просто через веб-скрэйпинг. Журналисты регулярно скрэйпят сотни баз данных. Также сейчас критически важные элементы информации всплывают как побочный продукт в атаках программ-вымогателей: многие компании не платят выкуп, и тогда их данные просто сливают.

Используйте традиционные методы журналистики. Расследовательская работа изменилась не так уж кардинально. Не всё можно сделать онлайн. Многие молодые и неопытные репортёры не достаточно хорошо знакомы со старыми проверенными журналистскими приёмами. Но нужно по-прежнему разрабатывать источники, нужно по-прежнему в больших количествах запрашивать данные из публичных реестров. Одни журналисты особенно хорошо используют традиционные методы работы «ногами», а другие особенно хороши в онлайн-работе, но лучше всего совмещать оба подхода. В последние годы активно развивается анализ открытых источников. На удивление много крупных историй всплыли потому, что чья-то подружка выставила фоточки в Инстаграме.

Используйте базы данных, картографируйте сети.  Алеф — один из важных журналистских инструментов, который OCCRP разработал и создал самостоятельно. Все наши данные мы загрузили в него. Алеф подключен к Linkurious, с помощью которого можно выстраивать сетевые карты на основании исходных данных. Кроме того, в нём есть и временной график, так что можно выстраивать хронологию событий. Также можно проводить перекрёстные ссылки, так что можно сопоставлять базы данных друг с другом. Можно использовать такие программы, как i2, но они дорогие — поэтому журналисты обычно мало ими пользуются. Кроме того, существует целый ряд инструментов анализа социальных сетей, и некоторые из них бесплатны. Но для них нужно обладать техническими навыками. Алеф — бесплатен, и также можно получить доступ к Linkurious.

Сотрудничайте:  Все крупные истории про коррупцию и организованную преступность сейчас стали трансграничными проектами. Поэтому как никогда стало важно иметь команду специалистов с опытом в самых разных сферах. Вам нужны репортёры на местах, специалисты по кибербезопасности, аналитики и эксперты по соцсетям. Нужны специалисты по данным, которые могут обработать все эти массивы. OCCRP — это сеть, и мы используем эту сеть для взаимопомощи и применения наших навыков. Именно поэтому нам удаётся публиковать много историй, и достаточно быстро. Если у вас нет связей с другими организациями в своей стране и за рубежом, то нужно выстраивать эти взаимоотношения с помощью таких сетей как GIJN. Мы используем вики-систему для обмена информацией и совместной работы над историями. Для безопасного обсуждения между собой мы используем Signal. Так что всё просто! Может быть для таких задач существуют инструменты и лучше, но все наши проекты всё равно координируются с помощью Signal, вики и Алефа, а эти инструменты доступны любому журналисту.

Будьте этичны: Нужно постоянно контролировать, находятся ли истории, которые вы освещаете, в сфере общественного интереса. Думаю, это главное. Мы постоянно сами спорим между собой: а действительно ли людям нужно об этом знать? Мы стараемся убедиться, что всё, что мы делаем, помогает изобличать коррупцию или схемы работы правительств, корпораций или организованной преступности, чтобы общественность могла принимать более взвешенные решения о том, что c этим делать.

Это произведение защищено лицензией Международная лицензия Creative Commons Attribution-NoDerivatives 4.0

Перепечатывайте наши статьи бесплатно по лицензии Creative Commons

Перепостить эту статью

Это произведение защищено лицензией Международная лицензия Creative Commons Attribution-NoDerivatives 4.0


Material from GIJN’s website is generally available for republication under a Creative Commons Attribution-NonCommercial 4.0 International license. Images usually are published under a different license, so we advise you to use alternatives or contact us regarding permission. Here are our full terms for republication. You must credit the author, link to the original story, and name GIJN as the first publisher. For any queries or to send us a courtesy republication note, write to hello@gijn.org.

Читать дальше

Советы и инструменты

Репортажи о России из-за рубежа: От расследования событий в Украине до применения искусственного интеллекта

Cпециальная корреспондентка «Медузы» и «Новой газеты» Елена Костюченко, сооснователь и главный редактор расследовательского медиа «Важные истории» Роман Анин, основатель и главный редактор Insider Роман Доброхотов поделились советами о том, как искать темы для историй, работать с источниками в России и использовать инструменты и методы поиска в открытых источниках для ведения репортажей из-за рубежа.

Советы Советы и инструменты

Топ-10 инструментов 2023 года по версии GIJN

10 полезных и удобных в использовании инструментов, о которых репортёры GIJN узнали на конференциях NICAR23, IRE23 и 13-й Глобальной конференции журналистов-расследователей (GIJC23) в Швеции.

Советы и инструменты

Советы по освещению военных преступлений

Работа журналистов, занимающихся расследованиями военных преступлений – от современных зверств в Украине до судов над преступниками времён войны в Боснии, – критически важна для привлечения виновных к ответственности.

Советы и инструменты

Новые инструменты для мониторинга социальных сетей

Как узнать, кто стоит за вредоносной рекламой? Разоблачить конспирологов и влиятельных лиц, ответственных за дезинформацию? Репортёр GIJN Рован Филп разузнал подробности о новом бесплатном инструменте для мониторинга социальных сетей.