Истории

Темы

Как поймать читателя на крючок: Искусство писать вступление

English

Начинать статью сложно любому журналисту. Для новостийщиков есть простой совет — начните с, собственно, «нового» и постарайтесь не забыть глагол: такой-то сказал то; отчет выявил сё; власть ищет такого-то; предупреждает о том-то, планирует делать так-то и тому подобное.

Но в длинных текстах и авторских статьях подход более тонкий. Конечно, мы можем решиться раскрыть главную интригу с самого начала, но есть риск, что читатель потеряет интерес и бросит чтение задолго до того, как составит для себя полную картину.

Ищете сюжетный ход для своего расследования? Пол Брэдшоу советует позаимствовать одну из 7 сюжетных структур у популярных авторов.

Вместо этого журналисты пользуются целым рядом приёмов, которые поддерживают вовлеченность читателя  — при одном важном условии, что содержание лонгрида будет того стоить.

Для тех, кому сложно придумать начало длинной статьи, или кто чувствует, что пришло время разнообразить подход, — я собрал семь разных типов вступлений для длинных статьей, лонгридов и авторских колонок, а также ряд общих советов со множеством примеров.

Начните с героя

В этой истории Амелия Джентльмен рассказывает о случае с Дэвидом Клапсоном.

Очень распространённая технология написания длинных статей – начать с живого примера, человеческой истории. Ваш персонаж поведет читателя за собой к исследуемому вопросу или более глобальной проблеме, и после нескольких абзацев вы «отъезжаете на общий план» и демонстрируете-поясняете, зачем так много рассказывали об этом человеке.

Вот несколько примеров:

The Guardian /Амелия Джентльмен

«Никто не должен умирать в бедности и одиночестве»: Жертвы строгих ограничений социальных выплат

«Нам известно, что Дэвид Клапсон активно искал работу в момент смерти, поскольку в нескольких метрах от его тела лежала стопка свежеотпечатанных резюме. В последний раз он говорил с сестрой за пару дней до смерти, и рассказал, что ожидает ответа от работодателя из сети супермаркетов Лидл.»

Пояснение (абзац 4): «Обстоятельства смерти Клапсона изучались многими организациями, выступающими за реформу нынешней карательной (или скрупулезной – в зависимости от точки зрения) системы социального обеспечения …»

Shorthand Social / Джонни Якобсен

The Big Issue: выход для бездомных

«Ноэль Каллинан, 50 лет, родился и вырос в Бирмингеме.

Прежде чем прийти в газету The Big Issue, я работал на каналах и служил в армии.»

Пояснение (абзац 8, но абзацы короткие!): «Для Ноэля и сотен таких, как он, по всей стране, The Big Issue стал спасательным кругом.»

IQ4News / Йемиси Акинбобола, Пол Брэдшоу и Огети Экиануаву

Следуй за деньгами

«Январь 2014 года.

Среди группы из тридцати ребят, где некоторым всего по 12 лет, — Эбука Огбуэи и Джоэль Изех из Лагоса. Они собираются сесть на корабль в морском порту Калабар на юго-востоке Нигерии, и поплыть в соседний Камерун. С ними двое футбольных тренеров — одного из них называют Тренер Има — а также медсестра, прачка и футбольный импрессарио Эрик Фред Туми.»

В этом случае пояснение появляется только во второй главе: «Контрабанда игроков», которая начинается со слов:

«Согласно исследованию, проведённому парижским благотворительным фондом Foot Solidaire в 2013 году, около 15 000 мальчиков каждый год отправляются в Европу и в другие страны из Западной Африки.»

Впечатления этих мальчиков достаточно увлекательны, чтобы долго удерживать интерес читателя и без описания общей картины. В качестве альтернативы, можно было бы отступить от их истории и вернуться к мальчикам позже – приём, который позволил бы нам почитать больше о фактах и контексте проблемы, пока мы ожидаем прояснения дальнейшей судьбы мальчиков и их импрессарио.

Financial Times / Джеймс Кинге, Лейла Хадду и Майкл Пил

Как Китай купил себе путь в Камбоджу

«В среде китайских бизнесменов в Камбодже имя «Большого Брата Фу» произносят с уважением. Бывший офицер Народно-освободительной армии Китая, коренастый, с лужёным командным голосом – он вполне соответствует своему прозвищу. Но его физическая сила блекнет на фоне его политических связей. Мало кто из иностранных инвесторов в этой небольшой, но стратегически важной юго-восточноазиатской стране пользуется таким свободным доступом в любые двери, как Фу Сянтинь.»

Начните с действия

Сюжет развивается особенно стремительно, если начинается с того, что человек выполняет какое-то действие. Это может быть разговор (с вами, коллегой или другом); а может быть вспоминание, приготовление еды или выполнение какой-то рабочей задачи.

Хороший пример: Юрист, берущийся за дела, от который другие отказываются – герой едет на машине:

«Два или три раза в месяц Том Жиль прощается с женой и тремя детьми, которые остаются дома в Абингдоне, и едет на север, через Оксфордшир в Кэмпсфилд-хаус, центр временного содержания иммигрантов.»

Что примечательно, рассказ о том, как он едет на машине, позволяет ещё и описать местность:

«Это вотчина консерваторов — колосящиеся поля, вылизанные городки, внедорожники. Кэмпсфилд находится в конце длинного шоссе, неподалёку от Оксфордского аэропорта с его частными самолётами и учебными одномоторниками. На электоральной карте это самый конец «крыла» Тори: по одну сторону округ Уитни, где избирался Дэвид Кэмерон, по другую сторону Хенли — бывшая вотчина Бориса Джонсона.»

Начните с места

Место играет важную роль в этом фильме BBC.

Хотя люди, выбирающие этот подход, обычно тоже начинают с главного, большую роль тут играет описание обстоятельств.

BBC / Рустам Кобил

В ожидании моря

«Ходжабей – рыбак, живущий в пустыне.

Почти все в его деревне раньше промышляли рыбной ловлей, но в 1970-х рыба вымерла, а море начало высыхать.

За 40 лет постепенно 60 000 км. кв. воды – местами глубиной по 40 метров – просто испарились в воздухе.

Аральское море, что находится в Средней Азии, раньше было четвёртым по размерам морем в мире, после Каспийского моря, и озёр Верхнее и Виктория. А теперь от Арала осталось меньше 10%.»

Обратите внимание, что этот приём работает, поскольку обстоятельства и изменения являются самой историей, и в какой-то степени отдельным персонажем.

Wait But Why / Тим Урбан

От Мухаммада к ИГИЛ: Вся история Ирака

«Утром субботы 2-го августа, я сел в такси в Эрбиле, региональном центре иракского Курдистана, и попросил водителя отвезти меня в лагерь беженцев Хазир.

Признаюсь, было страшновато.

«Страшновато», собственно, было потому, что лагерь Хазир находится вне границ сравнительно автономного курдского региона – одного из немногих безопасных мест в стране.»

Опять же, у нас по-прежнему есть протагонист (журналист, а с ним еще и водитель), но запоминаем мы окружающую обстановку. Именно источник страха – угроза – в этом вступлении сразу заявляет нам проблему: останется ли в безопасности наш герой?

100 Reporters / Хадиджа Шарифе

Секрет фирмы: рецепт Coca-Cola для уклонения от уплаты налогов

«Дверь гостиницы выступала линией разделения: внутри показная роскошь, накрахмаленная униформа, тихие голоса и приятная прохлада, а снаружи разноцветье красок, жара, продавцы трусов, арахиса и солнцезащитных очков вдоль растрескавшихся тротуаров. Я сидел на плечах у отца, держался за его уши, впитывая в себя эту картину Лусаки в 1980-х. Замбию тогда сотрясали голодные бунты из-за значительного сокращения госбюджета, которые прокатились по всей Африке того времени – так называемое «потерянное десятилетие». Страны валились как доминошки, играя по правилам «Вашингтонского консенсуса». Мой отец был в правлении Банка развития Гвинейского залива, который помогал – ну или так им казалось – бороться с бедностью в разных африканских странах. Двери лусакского отеля, где мы жили, были не только символической, но и весьма осязаемой границей. Границей денег, расы и социального положения. Но и там, и там было общее: Кока-кола, как продаваемая с уличных тележек, так и наливаемая в дорогих ресторанах.

Эти первые несколько слов играют огромную роль: «Дверь гостиницы выступала линией разделения» – сразу заявляется и обстановка, и проблема – линия разделения между чем и чем?

Этот подход также служит хорошим примером обстановки как метафоры, который часто используется в сюжетах о социальном неравенстве, которое отражается в обстановке, или о том, как сложность системы отражается в архитектуре (можно встретить и описания в стиле гравюр Эшера).

Начните с детали

Если в вашей истории есть поразительная или интригующая деталь, она может послужить отправной точкой. Вот пример из статьи «Дети, скрытые бездомные и женщины, пострадавшие от домашнего насилия: истории из манчестерского продовольственного фонда 2018 года

«Маленькие ботиночки стоят рядом с подгузниками для новорожденных на полке склада манчестерского продовольственного фонда.

В кладовке у них всё аккуратно, там достаточно продуктов и товаров для дома.»

Этот приём можно использовать как метонимию или синекдоху – когда часть чего-то олицетворяет целое – или как метафору: например, сложная игрушка может выступать метафорой для системы, которую вы пытаетесь расследовать.

С таким началом вы создаёте неявное обещание, что в какой-то момент значение этой детали прояснится. Например, в вышеупомянутом примере дальше идёт строчка: «Это свидетельство не только щедрости обычных манчестерцев, но и резкого повышения спроса на помощь попавшим в беду.» Эта фраза удовлетворяет любопытство читателя. С этим не стоит затягивать, иначе читателю быстро надоест и (или) он засомневается, что вы вообще подчёркивали эту деталь с каким-то умыслом.

Заезженная версия этого приёма — «плюшевый мишка» у военных корреспондентов, высмеянный, например, в ситкоме о журналистах «Уберите мертвого осла».

Начните с вопроса

Центральный вопрос этой истории достаточно весом, чтобы увлечь читателя на поиски ответа.

Большинство длинных статей, которые начинаются с человека, места или действия, создают у читателя неявный вопрос: «Почему этот человек, место или сцена вообще важны?» Но иногда вопрос можно поставить и явно.

Например, статья Дэвида Кокса «Челлендж с ведром ледяной воды собрал 115 миллионов долларов на борьбу с боковым амиотрофическим склерозом. Так как же их потратили?»

«Когда по Интернету покатился вирусный челлендж-испытание, призванный собрать большую сумму на борьбу с малоизученной болезнью, то получавший деньги фонд был ошеломлён. Опубликован первый отчёт о расходах, и Дэвид Кокс задался вопросом, что же произошло дальше — и что это будет значить для пациентов.»

В этом лиде к статье заявляется проблема и персонаж, который будет искать разгадку.

Что примечательно, первый абзац самой статьи прибегает к другим приёмам, связанным с персонажем, условиями и проблемой:

«В штаб-квартире ассоциации ALSA в Вашингтоне Кэрри Мунк вспоминает о телефонном звонке, который впервые привлёк её внимание к челленджу. «Была первая неделя августа, я была на встрече, не в офисе,» – рассказывает Мунк, директор ALSA по коммуникациям. «Я взяла трубку, звонил директор нашего центра в Массачусетсе. Сказал: «Вы должны знать, тут происходит что-то грандиозное.» Мы быстро проверили, сколько у нас собрано денег – и уже тогда откуда не возьмись было на 50 000 долларов больше, чем в то же время год назад.»

Начните с проблемы

ProPublica в статье «Круиз-контроль» использует интерактивное изображение круизного лайнера, чтобы пользователи могли исследовать  его многочисленные «проблемы».

Этот приём похож на предыдущий, но здесь проблема задаётся неявно.

ProPublica / Лена Гройгер

Круиз-контроль

«Каждый год для более чем 22-х миллионов пассажиров круиз – это отпуск мечты, путешествие, полное роскоши и веселья, где «всё включено» – прекрасная возможность просто расслабиться.

Но для сотен людей реальность оказывается далека от мечты. В прошлом году более 1700 пассажиров и членов экипажа заболели желудочно-кишечной инфекцией, вроде норовируса. С 2012 года как минимум семь детей утонули или чуть не утонули в бассейнах на круизных лайнерах, где редко бывают дежурные спасатели. В этом году 21-летний студент выпал за борт – и его так и не нашли – и это лишь один из не менее двух десятков освещённых в СМИ случаев за последние два года, в которых пассажиры или экипаж круизных лайнеров падали за борт.»

Обратите внимание на приём «приманка и подсекание». В первом абзаце описывается что-то «хорошее». Но мы, как читатели, уже догадываемся и ожидаем, что эта идиллическая сцена будет чем-то омрачена.

Наше ожидание оправдывается во втором абзаце: «Но…»

Здесь важно, что это «но» — конкретное и основанное на фактах: 1700 человек, а не просто «много людей». И дальше конкретика нарастает, от 1700 человек мы переходим к «семи детям» и к «21-летнему студенту».

Эта конкретика тут жизненно необходима: она показывает, что журналист пошел и сделал свою работу. Расплывчатое описание заронило бы зерно сомнения: может просто кто-то обходит тему, которую на самом деле не расследовал?

Тут создаётся неявное обещание: вот общая картина – и очень скоро мы покажем её в мельчайших деталях.

Начните с находки

Этот сюжет BBC Online является текстовой версией телевизионного расследования. Такие вступления полагаются на то, что детали могут быть интереснее главной находки журналистов. В телерасследованиях это случается, но в тексте всё намного сложнее.

Такой подход больше распространён в новостях, чем в длинных текстах. В нём используется ключевой факт из вашего расследования, и подводка «расследование установило» или «цифры показали» или «документы выявили».

BBC / Саманта Полинг

Банкроты наслаждаются роскошью

«Преступники и нечестные должники злоупотребляют слабостями системы банкротства, чтобы сохранить своё богатство, – показало расследование BBC.»

Хотите, чтоб ваше расследование прочитали? 12 советов редактора OCCRP Ильи Лозовского помогут создать действительно хорошую историю.

Таким образом читатель заинтересуется и захочет больше узнать про эту находку. Далее обычно приводится ряд примеров, а потом — подробности о конкретных людях или делах.

Что примечательно, такой подход подчёркивает сам обнародованный факт, а не более глубокие окружающие его взаимосвязи. Такой формат перевернутой пирамиды рассчитан на нетерпеливого читателя, и гарантирует, что самые важные детали изложены в первую очередь, то есть мы не пропустим самое главное, даже прекратив дальнейшее чтение.

Преимущество такого подхода в том, что аудитория получит самую важную информацию — и оно же является слабостью: читатели с большей вероятностью уйдут или лишь поверхностно пробегут статью.

И наоборот, другие описанные выше подходы предполагают наличие терпения у читателя, поэтому более важная информация часто излагается в середине или в конце статьи.

Тогда преимущество заключается в более глубоком вовлечении читателя, а недостаток состоит в риске потери интереса читателей, если им скучно или их раздражает, что они не могут добраться до главного достаточно быстро. Удерживать внимание читателя – часть редакторского искусства.

Экспериментируйте

Эксперименты с различными подходами к вступлениям помогут вам самим прояснить для себя, о чем ваша статья: она о человеке или о месте? Запомнилась ли вам какая-то деталь, поскольку она олицетворяла что-то большее в этой истории?

Кроме того, это заставит вас обосновать выбранный подход и последовательно его придерживаться. Если вы заявили героя в самом начале, то выполнили ли вы неявное обещание, что история докажет его значимость? Дочитав статью, читатель понял, что с человеком случилось (или должно было случиться)?

Если вы встречали другие подходы к написанию лонгридов и статей, то пожалуйста, сообщите редакции GIJN по адресу gijn.russian@gijn.org (на русском) или автору в Twitter @paulbradshaw (на английском)

Эта статья первоначально была опубликована в блоге Пола Брэдшоу, посвященном онлайн-журналистике, и перепечатывается здесь с разрешения.

Пол Брэдшоу ведет магистерские программы в области журналистики данных, мультиплатформенной и мобильной журналистики в Университете города Бирмингема, а также является автором ряда книг и глав книг об онлайн-журналистике, включая «Справочник по онлайн-журналистике», «Поиск историй в электронных таблицах», «Захват в журналистике данных» и «Скрейпинг для журналистов».

Это произведение защищено лицензией Международная лицензия Creative Commons Attribution-NoDerivatives 4.0

Перепечатывайте наши статьи бесплатно по лицензии Creative Commons

Перепостить эту статью

Это произведение защищено лицензией Международная лицензия Creative Commons Attribution-NoDerivatives 4.0


Material from GIJN’s website is generally available for republication under a Creative Commons Attribution-NonCommercial 4.0 International license. Images usually are published under a different license, so we advise you to use alternatives or contact us regarding permission. Here are our full terms for republication. You must credit the author, link to the original story, and name GIJN as the first publisher. For any queries or to send us a courtesy republication note, write to hello@gijn.org.

Читать дальше

Журналистика данных Советы и инструменты

Новые инструменты на основе ИИ и больших языковых моделей для журналистов: Что нужно знать

Докладчики NICAR 2024 рассказали, какие чат-боты LLM и инструменты ИИ помогли в их расследованиях – особенно в работе с программным кодом и поиске разрозненных источников данных.

Безопасность и защита Свобода прессы Советы и инструменты

В обход цензуры: Как использовать интернет анонимно

Автократии и онлайн-порталы любят собирать всевозможные данные. Многие пользователи вообще не имеют доступа к свободной сети. Приводим несколько советов о том, как безопасно и анонимно перемещаться по интернету, и как избежать цензуры.

10 распространенных ошибок в журналистике данных

Журналистика данных Примеры из практики Советы и инструменты

10 типичных ошибок в журналистике данных

На конференции по дата-журналистике NICAR-2024 репортёр GIJN Рован Филп расспросил спикеров и участников о пробелах в журналистике данных, темах, которые часто остаются в тени, и навыках, которых не хватает редакциям.

Советы и инструменты

Инструментарий GIJN: Попробуйте новые бесплатные инструменты для онлайн-расследований

Инновационные онлайн-инструменты для проверки фактов и изображений, защиты от вредоносного программного обеспечения и подготовки информационных справок по теме, которыми делились с участниками конференции NICAR 2024 года.